Гот
Характер нордический. Скверный.
А между тем история с "комнатой камердинера, что под лестницей" продолжает развиваться по свойственной многим историям, попавшим ко мне в оборот, логикой.

Если вчера государь спускался к единственному телефону под лестницу, чтобы беседовать с внешним миром посреди камердинерского уюта, то буквально сегодня он уже и войну фактически санкционирует из привратницкой.

Вопрос о вступлении войну Российской империи был решён так:

Выслушав министра иностранных дел Сазонова, государь в возбуждении проговорил: "Сергей Дмитриевич, пойдите и телефонируйте начальнику Главного штаба, что я приказываю провести общую мобилизацию".

Именно посылом министра в камердинерскую под лестницей император одной шестой части суши планеты Земля решил вопрос о вступлении империи в войну.

Пойдите к Семёну, в камердинерскую, позвоните и передайте.

Было бы неплохо пофантазировать на такую тему: Сазонов идёт до камердинерской и не доходит, например. Исчезает на пару часов. В истории такие случаи бывали. Приказ о мобилизации 30-го не выходит. Или скромный германский диверсант с кусачками перекусывает единственный провод, соединяющий Петергоф и столицу. Просто перекусывает основной нерв принятия решений. Пока поймут, что случилось, пока найдут, где обрыв, пока то, пока сё... Остановка мобилизации на сутки, по мнению тогдашних имперских кризис-менеджеров, делала бесполезной вообще все приготовления России.

Уверен, что все бы столпились бы в легендарной камердинерской. Сазонов, император, камердинер. Примчались бы ещё люди. Распутин?! Туда же, в камердинерскую, в сапогах! Галдели бы в ней.

В реальной истории Сазонов всё же позвонил начальнику генштаба Янушкевичу и добавил, что теперь генерал может сломать свой телефон. Министр советует нач.генштаба сломать телефон по вполне понятной причине. Они так договаривались, опасаясь, что из великой, главной, имперской "камердинерской под лестницей" может раздасться ещё один звонок, отменяющий всё.

В пять часов вечера 30 июля заработали аппараты Центрального телеграфа, поднимая Россию на мировую войну.



А в петергофской камердинерской сидел перед единственным телефонным аппаратом камердинер и...вот что он делал? Меня это решительно стало занимать. Что он делал?! Спал, положив седую голову на обшлага или пил чай вприкуску, или продолжал маршировать на месте? Я вот думаю, что он вспоминал, сидя у окна, прежние годы. Например, свой выпуск из германской академии генерального штаба и лазурное небо в Потсдаме.

Линк: gilliland.livejournal.com/175647.html