10:21 

Джон Александрович:

Гот
Характер нордический. Скверный.
Чтобы такого написать, чтобы сразу ошеломить незаинтересованного читателя?

Напишу-ка, сославшись на "Воспоминания" министра иностранных дел Сазонова (публикация 1927 года) вот что: в Петергофском дворце, где в июле 14-го жил государь-император, был один телефон ( ОДИН ТЕЛЕФОН ). Страна движется гибельными прыжками к началу войны с Автрией и Германией, позиция союзников не до конца определена, катавасия с принятием решения о том, какую мобилизацию проводить, в самом разгаре. Дирижабли на вооружении, дредноуты, аэропланы, бронеавтомобили. У безоговорочного властителя Российской империи в Петергофском дворце стоит единственный телефон. И знаете, где этот телефон стоит? В кабинете государя? Нет. У адъютантов? Нет. В спальне? Нет.

Единственный телефон в разгар кризиса, на пороге многомиллионной человеческой жертвы, стоит в комнатеке камердинера. Внимание. Под лестницей. В комнатке привратника, под лестницей стоит аппарат, по которому могут звонить военный министр, министр иностранныъх дел, нач. Генштаба. И для разговора с ними государь иногда (!) спускается в комнатку к камердинеру. Т.е. понятно, да? Отношение государя к своему кризисному штабу (Янушкевич, Сухомлинов, Сазонов) понятно? Он с ними разговаривает по телефону, спустившись в комнату дворцового камердинера. Спускается под лестницу, чтобы поговорить с министром иностранных дел. Вернее, с министром он по телефону не любит разговаривать, министр не нравится императрице, императрице нравится Янушкевич, который звонит государю, государь спускается в каморку под лестницу, нач. Генштаба просит принять министра иностранных дел. Такой комплементарный механизм принятия решений.

Я вот только не знаю - камердинера просили из комнаты выйти или разговоры о судьбах четырёх империй, нескольких королевств и республики велись при нём, при камердинере? И чем занимался камердинер в эти минуты? Моя фантазия рисует разнообразные картины на сей счёт. Вот я, в образе камердинера, благославляю государя на ратный подвиг, вот я приплясываю со шваброй, вот я смешно изображаю Франца-Фердинанда, вот я прыгаю лягухой пред августейшими очами, вот я марширую на месте, совершая весьма ловко повороты кругом. Пока Николай Александрович разговаривает в полутьме по аппарату голосом человека, "не привыкшего говорить по телефону".

Линк: gilliland.livejournal.com/175441.html

URL
   

Гот

главная